справка:
Бахрушины - предприниматели, меценаты, коллекционеры. Известны с 1722. Занимались скупкой скота в Поволжье и перепродажей его в центре России.
Согласно семейным преданиям, первопредок Бахрушиных по имени Бахруш был из ближнего окружения татарского царевича Касима, перешедшего на сторону московских князей в XV столетии и получившего в удел Городец Мещерский на Оке, который позже стал известен как город Касимов. В материалах по истории этого города значились две ветви: Бахруш-Оглы и Бахруш-Оловери. Представители одной из них приняли православие и обратились к русскому царю с просьбой впредь именоваться фамилией Бахрушины по мусульманскому имени отца - Бахруш, и потому однофамильцев у него и потомков нет.
В середине XVII в. Бахрушины переехали в город Зарайск Рязанской губернии. где занимись прасольством - перегоном скота и выделкой кож (по переписным книгам род Б. прослеживается в Зарайске с сер. XVII в.).
В 1-й пол. XVIII в. Борис Федорович Бахрушин перенес торговлю из Зарайска в Москву, в 1821 г. его внук Алексей Федорович (1792-1848) после женитьбы на Наталии Ивановне Потоловской, происходившей из зарайской купеческой семьи, также имевшей торговые интересы в Москве, переехал в Москву со своей семьей и открыл перчаточную фабрику в слободе Кожевники. Прошли весь неблизкий путь пешком, следом за подводой, на которой громаздился нехитрый домашний скарб. Сверху была привязана корзина для перевозки кур. В ней прибыл самый молодой тогда член семьи - двухлетний сын Алексея Федоровича Петр.
Поселился Бахрушин сперва на Таганке, на Зарайском подворье. Начал понемногу торговать скотом и сырыми кожами. Через четыре года предприимчивый и смекалистый Алексея Федорович начал поставлять в казну сырую кожу (в том числе опоек - особый ее вид для изготовления солдатских ранцев). Товар брали с отбором, и у постовщиков скапливалось много непринятого опойка. Алексей Федорович придумал, как пустить излишки в дело: с 1830 г. стал посыпать опоек в Санкт-Петербург, где на кожевенном заводе немецкого купца Мейцингера из него выделывалась пайка для перчаток.
Немец оказался не особенно добросовестным партнером, из столицы доходили слухи, что он перепродает бахрушинский товар. Тогда Алексей Федорович завел малое перчаточное дело в наемном доме в Кожевниках, где жил с женой и детьми. На первых годах доход был невелик, но вскоре Алексей Федорович скопил достаточно, чтобы приторговать маленькую кожевенную фабрику по соседству. Там же купил небольшой участок земли, который, постепенно расширялась, превратился в дальнейшем в громадное земельное владение. В 1834 г. фабрика превратилась в завод, а с 1835 г. его владелец был занесен в списки московского купечества.
(др источник- С 1825 г. выполнял казенные заказы по поставке кож для солдатских ранцев, к 1831 г. имел сафьянный завод, в 1835 г. числился купцом 2-й гильдии, в 1836 г. приобрел дом на Кожевнической ул)
Сыновья А.Ф.Бахрушина работали на заводе вместе с отцом, но младшему - Александру Бахрушин нанял учителя французского языка, чем удивил всех своих соседей и приятелей. Таким же решительным новатором Алексей Федорович был на производстве. Первым из российских кожевенных фабкантов он ввел новый способ выделки шерсти: вместо портящей ее обработки известью стал применять промывку и поставил на своем заводе промывальные машины. В 1844-1845 гг. он совершенно реорганизовал свой завод, обновил оборудование, провел воду из Москвы-реки, заменил тяжелую ручную работу машиной. была приобретена паровая 12-сильная машина - невиданная тогда диковина в кожевенной промышлинности. Над заводом поднялась высокая - много выше соседних - труба. Бахрушин очень ею гордился. Когда через много лет труба вышла из строя, ее продолжали хранить на заводе как драгоценную реликвию. Реконструкция обошлась Бахрушину в 100 тыс.руб. Он был награжден за нее золотой медалью на анненской ленте (для ношения на шее).
22 декабря 1845 г. бахрушинский сафьяново-кожевенный завод распахнул двери перед гостями, приглашенными на торжество в честь перед гостями, приглашенными на торжество в честь пуска заново оснащенного предприятия. На торжество прибыл сам генерал-губернатор. Был отслужен молебен, и гости принялись с любопытством осматривать новые машины, инструменты, приспособления для выделки кожи.
"Про деда рассказывают много интересного. Эпизоды и случаи его жизни характеризуют и его самого и всю историю нашего семейства и нашего дела. Я слышал, как дедушка покончил со своей бородой. Давно хотелось ему сбрить бороду, но подобный шаг в то время, когда происходил рассказываемый случай, был делом не таким легким, как можно представить себе теперь. Дедушка никогда не тяготел к старым, ничего не значившим предрассудкам, но тут при всей своей энергии он долго не решался приступить к делу. В конце концов дедушка нашел исход из своего положения. Как-то в знакомом кругу, когда немного поразвязался язык даже у самых рьяных поборников старины, он побился об заклад, что сбреет бороду. Сказано — сделано. Ударили по рукам и положили по сто рублей залогу. «Послать за цирюльником!» — закричал дед, давно добивавшийся своего. Половой (дело было, конечно, в трактире) сбегал в цирюльню, и через несколько минут явился доморощенный парикмахер. Общество с любопытством и недоверием смотрело на всю эту историю. «Не сбреет!..» — говорили одни. «А вот увидишь, что сбреет, — не таков человек Алексей Федорович — от своего не отступит!» — «Брей бороду!» — сказал цирюльнику дед. Смотрит цирюльник — компания навеселе, пожалуй, еще ответишь за такую штуку, подумал и брить отказался. «Да разве я не волен в своей бороде?» — сказал ему дед. «Конечно, вольны, ваше степенство, да я не могу вам ее сбрить, за это еще ответишь, пожалуй. Вы вот сами ее срежьте, если хотите!» — «Давай ножницы!» Цирюльник подал ножницы, и через минуту большая рыжеватая борода дедушки, с двух порезов, свалилась на пол перед изумленными собеседниками. Удивление было так велико, что у многих хмель прошел, а дедушка преспокойно обвязался салфеткой и предоставил себя в полнейшее распоряжение цирюльника, который теперь уже беспрекословно исполнял свою обязанность. Дед был вполне доволен: и заклад выиграл, и от бороды отделался, да и рот зажал самым рьяным бородачам: теперь смеяться не посмеют — сами подбили. Общество потолковало, посудило да и поразошлось. Дедушка явился домой — здесь его ожидала своего рода встреча.
Бабушка при первом взгляде на него вскрикнула и залилась слезами. Когда первый порыв отчаяния прошел, слезы заменились укоризнами и осуждениями. Дедушка выслушал все невозмутимо и весело, тем дело и кончилось" (Ю.Бахрушин, "воспоминания).
Через три года пятидесятишестилетний А.Ф.Бахрушин, заразившись холерой, умер, выяснилось, что касса пуста, а завод и дом в Кожевниках основательно заложены. Долги превышали стоимость имущества Бахрушиных.
После смерти А. Ф. Бахрушина делом стала руководить его вдова Наталья Ивановна и сыновья Петр (1819-1894), Александр (1823-1916), Василий (1832-1906). Несмотря на плохое финансовое положение завода после смерти его основателя, семья решила не отказываться от выплаты долгов, кроме того, по итогам каждого года часть прибыли решено было тратить на благотворительные цели. Благодаря реконструкции завода, проведенной еще А. Ф. Бахрушиным, усилиям членов семьи, а также большим казенным заказам в связи с Крымской войной производство наладилось, благодаря этому в 1864 г. братья пристроили к заводу суконно-ткацкую фабрику. Потом открыли торговую сукном в Харькове и Ростове-на-Дону.
Жили братья очень патриархально. Старший, Петр Алексеевич, правил всем домом, всей семьей, и братьями, и взрослыми, женатыми сыновьями, как диктатор. Своим братьям, которые были значительно его моложе, он говорил "ты", "Саша", "Вася", но они обращались к нему: "Вы, батюшка-братец Петр Алексеевич". До прихода его в столовую никто не мог сесть. Потом младшая дочь читала молитву "Очи всех на Тя, Господи...", и начинался обед, после которого все подходили к его руке и к руке его жены. Жили долгое время общим хозяйством, материал на одежду покупали штуками, для всех. Долго и касса была общая. В конце года выводилась общая наличность.
Петр Алексеевич умер в 1894 году. Он был женат на Екатерине Ивановне Митрофановой и имел 18 человек детей, из коих 9 умерли в раннем возрасте. Из остальных было четыре сына: Дмитрий, Алексей, Николай и Константин Петровичи , - и пять дочерей. У всех сыновей были многочисленные семьи.
В 1851 г. Бахрушины получили звание потомственных почетных граждан.
В 1861 г. Александр Алексеевич на два с лишним месяца отправился во Францию, Англию и Германию, где изучал кожевенную промышленность. После его поездки Бахрушинское предприятие подвергалось значительным усовершенствованиям.
Руководил Бахрушинским кожевенным заводом (после октября - Московский фурнитурный завод) Александр. Петр управлял делами мощной суконно-ткацкой фабрики ("Красное веретено"). Василий Алексеевич ведал амбарами и обширной кожевенной и суконной торговлей, разъезжал по делам семейной фирмы по России и за рубеж.
В 1875 г. Был утвержден "Устав Товарищества кожевенной и суконной мануфактур Алексея Бахрушина сыновей в Москве." основной капитал товарищества составлял 2 миллиона руб. (400 паев по 5 тыс.руб. каждый). На фабриках братьев Бахрушиных, где к началу века работало около 1000 человек, вылнений и забостовок не было.
Промышленники активно участвовали в развитии Учетного и Купеческого банков, в продолжение многих лет являлись гласными Московской городской думы. Александр Алексеевич принимал деятельное участие в работе Московского биржевого комитета.
Благотворительная деятельность Б. была чрезвычайно обширной. В 1887 г. на их средства на Сокольничьем поле была построена больница, названная в честь братьев Б. (совр. городская больница № 33 им. А. А. Остроумова). В 1893 г. при больнице открылся дом для призрения неизлечимо больных, в 1903 г.- родильный приют, в 1910 г.- амбулатория с рентгеновским кабинетом и светолечебницей. В 1911 г. больница стала клинической базой медицинского фак-та Высших жен. курсов. В 1895 г. промышленники выделили 600 тыс. р. на строительство в Сокольничьей роще бесплатного детского приюта для бедных и сирот правосл. вероисповедания. В приюте воспитывались дети с 4-6 до 18 лет, им давали религ., нравственное и физическое воспитание, обучали ремеслу. (После 1917 в здании приюта нек-рое время размещался детский дом, перед Великой Отечественной войной - приют им. Коминтерна для детей-иммигрантов, впосл. весь комплекс зданий передан изд-ву «Мир» (1-й Рижский проезд, 2).) В 1898 г. на приобретенной Б. земле был построен комплекс Дома бесплатных квартир для многодетных вдов и бедных курсисток на Софийской набережной, состоявший из 3 зданий. В год постройки Б. передали комплекс Москве. В 1912 г. здесь было 450 однокомнатных квартир, где проживали более 2 тыс. чел. (из них 600 вдов и ок. 1,5 тыс. детей), на 1-м этаже располагались комнаты для 100 учащихся девушек с бесплатной столовой. В 1906 г. Б. пожертвовали Москве 400 тыс. р. для бесплатного сельскохозяйственного приюта-колонии, строительство к-рого началось в 1914 г., к лету 1915 г. было построено 8 из 11 корпусов; полной реализации проекта помешала первая мировая война. В 1904 г. Василий Алексеевич Бахрушин на Смоленском бульваре, рядом со своим особняком, построил четырехэтажное здание, где разместились 6 начальных городских уч-щ. В 1906 г. по его завещанию были учреждены 5 стипендий: в Московском ун-те, МДА, Московской ДС, Академии коммерческих наук и в одной муж. гимназии. Александр Алексеевич уделял много внимания Якиманскому попечительству о бедных, при к-ром работали детский приют для девочек и богадельня; в 1915 г. пожертвовал 500 тыс. р. на строительство Народного дома в Замоскворечье. 21 марта 1901 г. Василий и Александр Б. за благотворительную деятельность были удостоены звания почетных граждан Москвы.
Жертвуя средства на постройку благотворительных учреждений, Б. стремились обеспечить их содержание и развитие. С этой целью выделялся капитал, проценты с него шли на поддержание и улучшение основанных Б. больниц, уч-щ и приютов. В общей сложности Б. пожертвовали Москве более 3,5 млн р. Они обязательно входили в попечительские советы учреждений, к-рым покровительствовали. Владимир Александрович (1853-1910) являлся председателем совета сиротского приюта им. Б. в Сокольниках, при главном доме совета в 3-м Монетчиковском пер. находились приют для девочек, столовые, учебные классы, мастерские. В 1910 г. в память о В. А. Бахрушине детскому приюту было присвоено его имя. Сын Владимира Александровича Сергей (1882-1950), выпускник Московского ун-та, историк, после смерти отца состоял председателем совета приюта в Сокольниках, приюта-колонии в тихвинском имении, совета Рукавишниковского приюта, членом попечительского совета профессионального уч-ща им. В. Лепёшкиной, членом Благотворительного тюремного комитета, Пятницкого попечительства о бедных.
Почти все представители семьи Б. были глубоко верующими людьми, строго хранившими традиц. правосл. уклад. Старшие в роде Б. являлись старостами и председателями церковноприходского попечительства в приходе Св. Троицы в Кожевниках (в 1870-1894 - Петр, в 1895-1916 - его брат Александр), проявляли неустанную заботу о благолепии и реставрации Троицкого храма, к-рый современники сравнивали по красоте и богатству церковной утвари с Христа Спасителя храмом. Весьма обширной была храмоздательная деятельность Б. При каждом благотворительном учреждении, построенном на средства промышленников, была создана правосл. церковь: в больнице имени Б.- в честь иконы Пресв. Богородицы «Всех скорбящих Радость» и часовня во имя вмч. Пантелеимона, при сиротском приюте в Сокольниках - в честь Св. Троицы с приделами во имя Алексия, человека Божия, и мц. Наталии, при Доме бесплатных квартир на Софийской набережной - во имя свт. Николая Чудотворца, при приюте в 3-м Монетчиковском пер.- во имя равноапостольных Константина и Елены. По инициативе Василия Алексеевича Бахрушина в рабочем поселке близ Рогожской заставы был воздвигнут величественный храм во имя прп. Василия Исповедника в Нов. Деревне с приделами во имя св. апостолов Петра и Павла и мч. Александра. В завещании Василий Алексеевич оставил крупные денежные суммы Троице-Одигитриеву жен. мон-рю (где приняла постриг его сестра Евгения, в монашестве Олимпиада, затем Алексия), ц. во имя прп. Василия Исповедника в Нов. Деревне, церквам во имя Св. Троицы в Кожевниках и в Зубове, храмам при больнице им. Б., сиротском приюте в Сокольниках и Доме бесплатных квартир на Софийской набережной (сын Василия Алексеевича Николай (1872-1917) состоял старостой Никольской ц. при Доме бесплатных квартир). Причты церквей должны были пользоваться процентами с этих капиталов. Сын Петра Алексеевича Дмитрий (1844-1919) был среди главных жертвователей на храм Покрова Богородицы в Черкизове, освященный 6 июля 1903 г., близ станции Тарасовка Ярославской железной дороги, где располагалась его дача. Его брат Константин (1856-1938) много лет являлся церковным старостой и главой церковноприходского попечительства храма во имя свт. Николая в Кузнецах.
Многое сделали Б. для благоустройства Зарайска. В 1865 г. они купили там дом кн. А. Д. Волконского с прилегающим земельным участком, где к 1869 г. на средства Петра Алексеевича были построены муж. и жен. богадельни, сооружена домовая ц. в честь Казанской иконы Божией Матери. В нач. XX в. Б. сделали щедрое пожертвование на восстановление обветшавшего Зарайского кремля и его храмов. Александр Алексеевич представил план перестройки главного собора кремля во имя св. Иоанна Предтечи, лично наблюдал за восстановлением храма. В 1912 г. он выделил 200 тыс. р. для строительства в Зарайске бесплатной больницы, к-рая по его желанию была названа во имя свт. Николая Чудотворца. В 1908 г. Николай Васильевич Бахрушин обратился к зарайскому городскому голове с предложением принять от него участок земли в 2 тыс. кв. сажен с домом, 2 флигелями, с конюшней, садом и пожертвовал 14 тыс. р. в процентных бумагах для устройства жен. общины, к-рая была открыта в 1909 г. в честь Рождества Богородицы, при ней действовали лечебница им. В. А. и В. Ф. Бахрушиных (родителей жертвователя) и детский приют. В годы первой мировой войны в лечебнице располагался лазарет для раненых воинов. Община просуществовала до 1919 г.
Несколько представителей семьи Б. были коллекционерами и меценатами. Алексей Петрович (1853-1904) состоял членом-соревнователем Исторического музея, членом Об-ва любителей художеств. В его доме на Воронцовом Поле дважды в месяц собирались известные коллекционеры, историки, писатели и художники (там бывали П. И. Бартенев, И. Е. Забелин, В. А. Гиляровский, М. И. Семевский, А. М. Васнецов и др.). А. П. Бахрушин собрал богатейшее книжное собрание (ок. 25 тыс. томов), коллекцию произведений искусства (иконы, гравюры, майолика, бисер, резная кость, рус. и европ. миниатюры); написал книгу о московских коллекционерах «Из записной книжки: Кто что собирает», субсидировал издания по истории правосл. Москвы: «Ризница ставропигиального Симонова монастыря» и «Историческое описание Николаевской в Воробине церкви» (1905). После смерти Алексея Петровича вдова передала его коллекцию произведений искусства в Румянцевский и Исторический музеи и учредила в ОИДР премию им. А. П. Бахрушина «за лучшее сочинение о Москве и Московской губернии».
Др. известным коллекционером был Сергей Александрович Бахрушин (1863-1922), собиравший произведения рус. художников (в частности, М. А. Врубеля), предметы декоративно-прикладного искусства. В 1922 г. разбор его коллекций был поручен И. Э. Грабарю, затем все собрание разделили между провинциальными музеями.
Алексей Александрович (1865-1929) известен как основатель Театрального музея в Москве. Он начал собирать свою коллекцию в нач. 90-х гг. XIX в., после постройки собственного особняка выделил для нее 1-й этаж здания, 25 нояб. 1913 г. передал свой музей С.-Петербургской АН с условием оставить его в дар Москве (сначала почетный попечитель, с 1919 назначен пожизненным директором музея). А. А. Бахрушин долгие годы был председателем Русского театрального об-ва, в 1904-1906 гг. в его доме на Лужнецкой ул. располагалось «Убежище для престарелых артистов» (затем для «Убежища» было приобретено специальное здание). В 1908-1910 гг. Алексей Александрович возглавлял работу Введенского народного дома. В 1897-1917 гг. был старостой ц. во имя св. Марии Магдалины имп. Московского театрального уч-ща и в 1917 г. спас иконостас этой церкви, передав его в Знаменский храм в Переяславской ямской слободе; в 1913-1917 гг. также являлся старостой ц. во имя св. Иоанна Предтечи в с. Афинеево (совр. Наро-Фоминский р-н Московской обл.).